?

Log in

Почти что боги
Или полу... поло...
Мы поле для
Эксперименту, вот.
Вот, так верней,
И верным, веерным включеньем
Проросших трав, жужжащих
Пчёл, комарья страстей
И комарильи глупых мыслей.
Сбивающих нас с толку,
Только мы...

Мы поле данное Природе властью
Небесной, Светом,
Что бы нас пахать,
Пахать на нас.
Мы мёртвой косности подвластны
И костности живой.
В ответ мы камни жжём,
И дерева, и травы умерщвляем
Что б съесть природа нам дана,
А мы природе.

Проросшая в расщелинах асфальта
Зелёным, радостным, неубиенным -
Что наш Христос,
(Для древних птица Феникс
Иль для любителей экзот)
Неубиваемая радость...
Неубиваемая радость бытия
И подобленье высшей власти
Над мёртвым и живым,
Во власти поля
Поля притяженья.

Конечно мы не боги,
Но чего то есть.
Чего то там такое...
Сходство...
Детяй и предков...
Генетика, биологических машин,
И высшей химии, высшайшай,
Хотя без чуда там никак
Не обошлось наверно,
И вот мы рождены,
Но нихуя не в сказку,
Мы былью, пылью, полем наконец...

Мы боги, мы равны
Как бесконечна малая
Стремиться к единице как,
К ближайшей бесконечно малой
(Другого пола, сцуко)...
А настоящей еинецей Бог парит
Включая бесконечность
Бесконечнномалых.

Итак:
Стрямясь как бесконечномалый
Пращей вооружившись как Давид,
Но лучше конем, с ним
Нам побожественней среди прямоходящих,
Бактерий , крокодилов и волков,
Бактерий не оговорился я,
Чем здоровей питанье тем
Сложней им одолеть им-
Мунитета частокол, ворваться...
А лучше с танком, ёпт,
Но это "не туда", наверно, "Поворот"().

Ещё же лучше посмотреть
С Венеры, Марса
На малую землю
Где бьёмся мы упорно,
под тяжким игом собственного веса
Тогда уж точно полу будем,
Вернее в полах божьего пальта,
За пазухой Христа,
Не дале как всегда,
С такой возможностью, мы будем.

Хошь иль не хошь,
А запускать придётся,
Колонизировать, а то, блять, скушна.

"Есть", "Океан!", "ещё"()
И он на небе,
И хуй с "Титаником"
Пойдёть другой, пошёл...
Ходил ужо другой
"Санта-Мария" или "Мирный",
Или "Варяг" или "Аврора"
"Варяг" получше, погрозней
Хотя судьба печальна
Ну или как то так...
Однако!?

Поехали."""
Пошёл. Пошёл. Гони, блять.

tt

Oct. 21st, 2015

порождений
Среди унынья
одурманенной теплом
Сей части тверди\

снаряженной только
Сим летом, вдостоль\

и прохладною водой,
Холодным ветром\

(ну, так сказать стыда не видя)
Растут \
и бесстыжей бледнотой
Упрямым некрасивьем\

(Бесстыдной для сего смешного мира
Искусственным загаром перекрыв
Несчастия свои нечистой кожи)

на асфальте,
Цветы сквозь щели\

в тишине сует
От веку \ \ снующих средь

и кож
Теперь автомобилей\ \искусственных теперь.
порождений
Среди унынья\

одурманенной теплом
Сей части тверди\

снаряженной только
Сим летом, вдостоль\

и прохладною водой,
Холодным ветром\

(ну, так сказать стыда не видя)
Растут\

и бесстыжей бледнотой
Упрямым некрасивьем\

(Бесстыдной для сего смешного мира
Искусственным загаром перекрыв
Несчастия свои нечистой кожи)

на асфальте,
Цветы сквозь щели\

в тишине сует
От веку\ \снующих средь

и кож
Теперь автомобилей\ \искусственных теперь.

Вопрос

Бог пришёл не к камням
На второй день творенья,
Ни к зверью небосвода
А позже к не звEрью, убогим.

Судьба каменьев,
Дерев средь скал,
Мхов и травы придонной,
Каким приходит к ним
Бог, жизня, смертя...

На третий день творенья
Иль на четвёртый,
Или на седьмой
Когда Адам их обозрел
И выбрал кремень
Волосатою рукой
И обезьянним взглядом различил
Орудие в нём. Подняв,
Тем самым оживил
Матерью, отделив
От шарика земного
Кусок, куском назвав
И сделал единицей
От единицы шара отделив
1-1 равно 1,
И получилось странно.

Во так вот видимо пришёл
К ним Бог
Чрез руку человека.

Деревья же полней,
Со светом Бог приходит,
Ещё сильней с весной,
С дождями...

Рассуждение

И если наша мысль первична
Потом же обоняние,
И слух, и зренье
Дополнит их привычно,

Воспитанно,
Воспитанный щущеньем
Наш разум состоялся,
Совершеннолетн,
Не совершенен, совершает
Скорей тогда.

Мы мысли Бога постигаем
Изъявленных во всей красе
И безобразьи тоже
(Безобразье наше)

В природе и в душе
Своей, чужой. А безобразье -
Непониманье оков
Геометрически сковавших

Сей мир живой
Слегка, как Лобачевскиий,
А перед тем Эвклид
Зелёной сеткою листов

И расходящихся
При нашем наступленье
В глубь континента
Или же краям.

Первично если чувства исть
То мысль всего лишь
Игрушка страсти роковой
Но смехотворной в большинстве

Мы постигаем то что нас
Создало и творит
Чрез нити нёрвов
Нарвалами страстей.

При освещение дневном

При освещение дневном
Рассеянном честно
Я предоставлен лужам
Как нарцисис в себя влюблённый...

Мне представляются строения, дерева
Больные реализмом вглубь
Где рефлексируют корнями,
А здания опалубкой давно снятой
И сваями живыми.

При освещение дневном,
При свете полублагородном,
Рассеяном и белом мне
Представлен мир,
Я миру, впрочем незаметны
Друг другу мы
Его великостью, моим
Рассеяньем разделены.

И скорее серым,
Серым светом.

Aсторье

Луна и звёзды - потолок.

Дите закрытых помещений
И замкнутых систем,
Таким же комнатным добром
Я предствляю сообщаясь с
Вселенной глядя на луну
Вою с звездою заодно.

С звездою с
Тем неизвестно что,
С другими линьям стремлениий,
Среди шуршаний, воплей
Паралельных кри-
Во как тропинка,
Бежащяя дороги вдоль,
Две паралельные кривые
Обычность бытия под сильное сомненье
Пространство ставящее в ком
Математическая зыбкость.

С дороге отражается шуршанье
Звук как одна из форм теней
Пространственный масштаб,
То парочкой, то группой
Ползут как тараканы
Стремленья и миры иные,
Такие ж комнатные как,
Или как дождь где речь
Шуршит и повороты головы
Ко говорящему есть форма звука
Иль тень его уже.

Мы ж со звездой не путеводной,
А указующей меж звёзд
По положенью точку,
Мою, но я не дешифрую бред,
Я слушаю её мерцанье,
Как колыбельную
Не всё-ли мне равно,
И ей не всё ли...

Она светильник, люстра
А вселенная теперь,
Всeго лишь комната необозрима
С чуланами, мышами,
И тараканом наконец,
С тенями и подобными
Жильцами мне.

Просторье иль асторье непоймёшь...

Россия вспряла ото сна.

Россия вспряла ото сна,
О притолоку лбом,
Водички выпила
И прилегла.

Ох, блять, и повезло ж,
От пьянства девяностых
И блятства нулевых.

Спать жрать, жрать спать,
Что б алкогольный яд
Распавшияся мёртвые нейроны
Окуклились, что бы новьё
В участке мозга
Все функции взяло.

Русь под машину,
Или случайный выстрел
Или же менты.
Эх, дедушка товарищ Сталин,
Эх, бабушка Жар птица,
Прадедушка Иван Василичь Рюрик.

Эх, подвели мы вас,
А вы не подвели
За то спасибо,
Оставили, как знали,
Наслество нам.

Да видимо и знали
Такие ж тоже каз Оки,
И сказ оков растили.

За хитроумье греческое что,
За простоту притом,
Наследие монголов,
И за упрямство пруссака,
Спасибо.

Что далее китайских няшь,
Во старомодных
Бюльстгальтерах или
Туретских черноглазых див,
Иль синь небес
Какой-нить Поклонской.

Жрать-спать,работать
Не бухать,
Реакторы покрепча строить
Ить пить дать забухают
Детки наши.

Россия вспряла ото сна
На этот раз от сна свободы,
Короткий алкогольный сон,
Без сновидений.

О, Русь, о тройка,
О семёрка,
О, бля, Туз.
О, Господи,
Прости

madam

Мне холодно
Вдвоём вдвойне мне холоднее
Ядро на отношения источать,
Далёким свётом
Любви, миганьем фар
Сигналы шифровать
И расшифровывать сигналы.

Мне холодно
Вдвоём на преодолеванье
Пространство греть впустую лень,
Что б жалкие проценты
Доставить, и в ответ их получить
Те-ж жалкие проценты.

Мне холодно
Вдвоём мне напряженье поля
Держать мне лень
Пространство создавать,
Мне воля волю поберечь.

Мне холодно,
Как холодно наверно
Атлантам подневольным
Сё небо нам держать,
Хотя на самом деле делать вид примерный
Разряженые газы тяготеньем
Сетчаткой отражённый синий цвет
И названное небесами действо,
Ночью чёрным, то исть бедным светом,
Мне делать вид прискорбно
Я волен ибо не Атлант
(Могу и выпить отойти,
Хуй с ним, пусть рушить,
Ну если, коли может
Разрушить тоже труд)

Мне холодно,
Наверно выпить надо,
Ну можно и чего-нить сожрать
Тем пребразовав
Тел внешних расщепив основу
Восполнить внутреннего, моего.

Мне холодно
Согреться надо,
А ты, блять, не еда
Еды с тобою нету.

Мне холодно с тобой, подруга.